Резервация

Сергей возвращался, считая километры до дома по старой привычке: «ещё немного — и наш поворот, заправка, мост…». В памяти всплывали мелочи: облупленный подъезд, лавочка у магазина, запах сырости в родном подъезде. Он ехал к тому, что казалось неизменным.

Но вместо города его встретил глухой кордон, бетонные блоки и ржавые шлагбаумы. За ними — пустота, сероватая пелена, в которой растворялись очертания домов. Никто не говорил «город», теперь это слово будто стёрли. Местные, мнут шапки у костров, называют всё за блокпостом коротко: резервация.

Когда-то там был дом Сергея: двушка на пятом этаже, где на стене висела выцветшая карта мира и вечно капал кран. Там жили его детство, первая любовь, отец с его редкими, тяжёлыми фразами. Теперь — лишь территория, отрезанная от внешнего мира аномалией, о которой учёные говорят сухими терминами, а военные — шёпотом.