Трёшка

Воронеж, начало двухтысячных. В панельной девятиэтажке на Московском проспекте, в типовой трёшке с линолеумом «под паркет» и ковром на стене, живёт тридцатипятилетняя Даша. По паспорту — Дарья Александровна, по сути — человек, который сначала делает, потом шутит, а уже потом думает, стоило ли вообще всё это затевать.

По утрам она несётся на химзавод, где воздух всегда слегка пахнет растворителем и пережёвыванным временем. В цехе её знают: если что-то взорвалось не по плану — Даша уже там, с огнетушителем и ехидным комментарием вроде «ну хоть не скучно». Её импульсивность здесь то раздражает, то спасает: она первая влезет в непонятный эксперимент, подпишется на переработку и наругается с начальником, не дождавшись, пока остальные хотя бы переглянутся.

Дома её встречают старый холодильник «Саратов», фикус в трёхлитровой банке и телевизор, который ловит три канала, но громко спорит с каждым. На кухне у Даши — командный пункт: чай в гранёном стакане, пепельница, раскрытая тетрадь с расчётами и вечная мысль, что жизнь где-то там, чуть дальше остановки «химзавод».